«Наташа все чаще отказывала в близости, а я все еще был мужчиной» : история любви Натальи Гвоздиковой или 38 лет обмана

— Пока ты сидишь в Москве, наш муж нам изменяет, — донесся до нее женский голос.

— Что значит «наш»? — переспросила Гвоздикова, сжимая трубку так, что пальцы побелели.

— А то, что у него есть я. И двое наших детей, — прозвучало в ответ.

Единственный шанс

Судьба Натальи Гвоздиковой была предрешена еще в детстве. Выросшая в тени старшей сестры Милы, актрисы театра Аркадия Райкина, она с юных лет мечтала о сцене. Однако дорога к мечте оказалась непростой. Отец, военный, был категорически против актерского будущего дочери.

— Это же цирк, а не профессия! — негодовал Федор Титович. — Ты что, вслед за Милкой по театрам шляться собралась? Даю тебе один шанс. Но если провалишься — забудь об этом навсегда.

Поразительно, но ей действительно хватило одной попытки. Благодаря поддержке Сергея Герасимова, разглядевшего в юной девушке искру таланта, Наталья поступила во ВГИК.

Как позже вспоминала Гвоздикова, мастер лично ходатайствовал за нее перед министром культуры Екатериной Фурцевой. Впрочем, вскоре он убедился, что не ошибся в своем выборе.

— Герасимов мог сколько угодно просить за меня Фурцеву. Но если бы я опозорилась, меня выгнали бы сразу. В нашей профессии «своих» терпят только до первой неудачи.

Первые шаги

Гвоздикова работала с одержимостью, пропадая в институте до темноты и впитывая каждое слово преподавателей. Ее первая роль в кино — эпизод в герасимовской драме «У озера». Еще второкурсницей она попала в кадр рядом с будущими легендами: Белохвостиковой, Шукшиным, Еременко.

Настоящий успех пришел позже: «Белые дюны» с Будрайтисом стали трамплином к известности. Затем последовали знаковые «Калина красная» и «Большая перемена», где ее Полина — умница-аспирантка и невеста Нестора Петровича — запала в сердца зрителей.

Немногие догадывались, какие испытания ждали актрису за кулисами. Режиссер Алексей Коренев, очарованный юной красавицей, начал настойчиво добиваться ее внимания.

— Он не скрывал симпатии. По-всякому проявлял. Я чувствовала его интерес. То прическу поправит, то платье, — вспоминала позже актриса.

Сохраняя самоуважение, Наталья решительно пресекла эти ухаживания. Ценой стало сокращение ее роли. Однако даже это не помешало фильму стать культовым, а Гвоздиковой — одной из самых любимых актрис советского экрана.

Трудный брак

Еще до «Большой перемены» Наталья успела связать себя узами брака. Ее супругом стал перспективный математик Александр, с которым они познакомились во время учебы. После стремительного двухнедельного романа он представил ее родителям, а вскоре пара официально оформила отношения.

Свадьба была скромной. Будто предчувствуя недолговечность этого союза, Гвоздикова отказалась от всех свадебных традиций: белого платья, фаты, украшенного автомобиля. Ее интуиция не подвела — брак распался через четыре года из-за невыносимого характера мужа.

Александр страдал патологической ревностью, хотя актриса никогда не подавала поводов. Его бесили цветы от поклонников, записки, частые съемки, малейшие опоздания. Он требовал детального отчета за каждую минуту, но любые объяснения жены его не удовлетворяли.

— Опять эти чертовы розы! — швырял он букеты. — От кого они? От твоего «гениального» оператора? Или от этого ничтожного актеришки?

— Это зрители после спектакля, обычная благодарность, — устало отвечала Наталья.

— Благодарность? — истерично хохотал муж. — А кто тогда пишет все эти записки? Почерк-то один и тот же!

— Ты смешон, — собирая рассыпанные лепестки, парировала Гвоздикова. — Это пишет наша администратор Оля. Она же подписывает цветы от зрителей.

Самые страшные моменты начинались с его внезапных «рейдов». Во время съемок в других городах он мог ворваться в номер среди ночи, устраивая унизительные обыски. Его истеричные допросы, пропитанные злобой и паранойей, выматывали душу. А потом приходило самое страшное — он поднимал руку, пытаясь сломать ее физически и морально.

Наталья выходила замуж по любви, но терпеть издевательства не желала. Хотя в сердце еще теплились чувства, его болезненная ревность вызывала лишь отвращение. Особенно тяжело ей было перед родителями мужа, которые души не чаяли в невестке. Каждый раз при попытке развестись на пороге появлялся свекор:

— Наташенька, золотце, дай ему последний шанс! Ну погорячился парень, ну ошибся…

— Подари нам внучку, ласточка, — подхватывала свекровь. — Такую же красивую, как ты сама.

Сердце Натальи сжималось, и она снова откладывала развод. Но муж «держался» лишь до первой пьянки. Цикл насилия повторялся снова. При этом он сам не считал нужным хранить верность, меняя любовниц как перчатки. Когда актриса узнала о беременности, то приняла тяжелое решение — не рожать. Она отказалась обрекать ребенка на жизнь в атмосфере страха и унижений.

Испытание ролью и чувствами

К началу проб для сериала «Рожденная революцией» личная драма актрисы достигла пика. Брак рассыпался на глазах, оставляя лишь опустошение. В Киев Гвоздикова прилетела с сильной простудой — воспаленные глаза, высокая температура.

Когда режиссер потребовал сыграть слезы, у нее ничего не вышло. В глазах съемочной группы это выглядело провалом, особенно на фоне жесткой конкуренции — на роль Марии пробовались Саввина, Реус, Орлова…